Перестройка останавливала мастерские
Ольга Школьная исследовала переоборудование по архивным документам фабрики. В 1856 году большинство мастерских либо прекращало работать, либо переходило в более тесные помещения. Часть мастеров из-за простоя перевели на подённую оплату. Поэтому обновление производства сначала означало для людей перерывы и изменение привычного порядка.[1]
Паровая машина прибыла в 1854 году, а её дооборудование продолжалось до 1857-го. От неё ожидали более быстрого измельчения сырья: вместо девяти суток с использованием волов планировали тратить двое.[1]
Более чистая масса и равномерный жар
Посуда могла портиться ещё из-за несовершенной подготовки материала. Тёплая масса оставляла воздушные пузырьки и органические примеси, вызывавшие дефекты. План предусматривал выдерживание массы в специальном погребе в течение нескольких месяцев. Для глазури хотели отделить размол, чтобы избегать нежелательных примесей железа.[1]
Другой проблемой был обжиг: старые печи прогревались неравномерно, а избыточный дым ухудшал белизну фаянса. По заключению Школьной, тридцать шесть старых одноэтажных горнов заменили четырьмя двухэтажными французского типа. Меняли также формы и размеры тары, в которой посуду ставили в печь.[1]
Что изменилось для изделий и людей
Один конкретный результат исследовательница называет для обжиговой тары: вместо одиннадцати тарелок она теперь вмещала шестнадцать. Более длительное использование этой тары и резкий рост дневной выработки формовщиков, напротив, приведены среди намерений. По плану, капсели должны были выдерживать до 20 обжигов вместо 3–4.[1]
По Похилевичу, с 1859 года жители Новых Петровцев уже не принадлежали к фабричному ведомству; для работы на предприятии предусматривались добровольные соглашения с его содержателем. Техническое обновление совпало с изменением трудовых отношений. При этом Школьная отмечает трудности освоения нового оборудования: его установка сама по себе не обеспечила длительного успеха фабрики.[1][2]
