Бороздки, штампы и цветная паста
По описанию Цвек, в Березовке преобладала посуда с углублённым орнаментом. Его композиции сочетали каннелюры — желобки на поверхности, оттиски зубчатого штампа и углублённые линии. Иногда после обжига к такому декору добавляли красную или белую пасту. В одном изделии могли сочетаться несколько приёмов украшения.[1]
Автор также упомянула рельефное украшение, которое в археологическом описании называют рустом, и посуду с росписью после обжига. Последнюю она считала импортом из поселений культуры Кукутени. Это вывод исследовательницы о происхождении определённой части коллекции; его не следует распространять на всю керамику Березовки.[1]
Миска, имеющая сходства в Подунавье
Киосак и Лобанова описали почти полную миску из Березовской ГЭС с серой лощёной внешней поверхностью и характерным коническим профилем. Они сопоставили её с мисками памятников Болград-Алдень и культуры Гумельница. В сравнительной таблице эта вещь показана рядом с образцами из других поселений: важны здесь форма и обработка поверхности.[2]
Другая березовская находка в той же таблице — верхняя часть толстостенного сосуда с жёлтой, хорошо заглаженной поверхностью. Широко расставленные рёбра образуют на ней желобчатый декор. Исследователи привели сходства такого украшения в материалах Гумельницы и Стойкань-Алдень. Таким образом, сравнивали не только расписные обломки, но и форму и рельеф посуды.[2]
Что доказывает сходство вещей
В отчёте Цвек контакты Березовки с нижнедунайским населением прослеживаются также по многогранным сосудам и переносным алтарям. Она обратила внимание и на декор, в котором чередуются залощённые и матовые зоны. Эти сопоставления создают более широкую картину связей, чем одна необычная находка, но остаются археологическим толкованием набора признаков.[3]
Киосак и Лобанова определили для своей работы более осторожную исследовательскую цель: они не решали вопрос, был ли каждый межкультурный элемент привезённым предметом или подражанием чужому образцу. Их интересовало, могли ли подобные вещи появиться приблизительно одновременно в разных местах. Поэтому сопоставление березовской миски с дунайскими образцами помогает исследовать контакты и относительную хронологию, однако само по себе не воссоздаёт маршрут её перевозки.[4]