От ранних описаний к повторным разведкам

Согласно исторической справке паспорта, Василий Ляскоронский в начале XX века описал остатки укреплений в бывшем парке помещицы Кондратьевой, но не установил их культурной принадлежности и времени сооружения. Иван Ляпушкин, обследовавший памятник в 1940 году, и Галина Ковпаненко, работавшая здесь в 1953-м, называли комплекс селищем скифского времени. Составители паспорта предполагают, что за могильник рядом с селищем могли принимать именно остатки валов.⁠[1]

Это предположение касается конкретных старых описаний, а не всех насыпей вокруг Стасей. Паспорт отдельно упоминает, что разведки 2004 года уточнили наличие остатков курганного некрополя. Таким образом, объяснение ошибочно определённых валов не отменяет существования погребальных памятников в археологическом окружении городища.⁠[1]

Аргументы в пользу укрепления скифского времени Александр Супруненко изложил в комментариях 1996 года, опираясь на собственный осмотр и труды Бориса Шрамко. Согласно паспорту, разведки 1999 года подтвердили существование городища и селищ, обследования 2004-го добавили сведения об укреплениях, а в 2010–2012 годах исследователи сняли подробный план комплекса.⁠[1]

Цепь возвышений и ров

В сообщении о разведках 2004 года описаны пять возвышений в одной цепочке. Их высота с напольной стороны, то есть со стороны подхода к укреплению, составляла 3,2–4,3 метра. Рядом прослеживался ров, чаще всего имевший ширину 6–8 метров и глубину 1,5–2 метра. Авторы писали, что лучше всего сохранившиеся остатки обороны находились в северо-восточной части площадки.⁠[2]

Более поздний паспорт и его план размещают самую мощную линию укреплений на северо-западной стороне. Описание различает шесть курганообразных участков вала с одной стороны въезда и три меньших с другой; отдельно названы короткие отрезки укреплений с северо-востока и востока. Направление и количество в этих описаниях различаются. Без отдельного сопоставления обмеров нельзя просто подменить ранние данные более поздними или сложить все числа в один подсчёт.⁠[1]⁠[2]

Сохранившиеся земляные формы показывают лишь часть древней обороны. В паспорте описаны и вал со рвом, и участки искусственно подрезанных склонов. Внутреннюю конструкцию вала эти материалы не раскрывают. Документ отмечает, что археологических раскопок не проводили, но вместе с тем содержит профиль хозяйственной ямы селища с обозначением 1999 года. Поэтому общую фразу о раскопках не следует понимать как отсутствие любых исследованных углублений. Деревянные стены или строительные этапы вала по его поверхностному виду воссоздать нельзя.⁠[1]

Почему городище и селище имеют разные площади

Городище — укреплённая площадка — и прилегающее с востока селище в паспорте описаны отдельно. Публикация разведок 2004 года оценивает площадь городища как более 28 гектаров и приводит размеры примерно 700 на 400 метров. В паспорте площадь городища составляет 33,40 гектара, селища — 11,25 гектара, а всего комплекса — 44,65 гектара. Это разные оценки и разные объекты учёта; большая цифра сама по себе не свидетельствует о расширении поселения между двумя обследованиями.⁠[1]⁠[2]

К этому же месту относятся значительно более поздние следы усадеб, кирпичных сооружений и хозяйственного использования. Они не датируют скифское укрепление. Паспорт относит основной массив древних напластований к VII–IV векам до нашей эры и отдельно называет материалы других эпох. Его описания сохранности относятся ко времени зафиксированных обследований, а не к проверке современного состояния памятника.⁠[1]

Что могли скрывать земляные насыпи, лучше видно там, где их исследовали разрезами. О таких наблюдениях рассказывает статья как строили валы Бельского городища. Сведения из Бельска помогают сформулировать вопросы к укреплениям Стасей, но не заменяют исследования самого Стасевского городища.