Собственный приход и язык богослужения
По исследованию Александра Морозова, греческая колония выросла в Нежине во второй половине XVII века. Город привлекал переселенцев как центр посреднической торговли на пересечении сухопутных путей. Купеческие связи соединяли Нежин с более широким пространством Европы, Балканского полуострова и Ближнего Востока. Общине были нужны собственные религиозные и образовательные учреждения.[1]
В 1679 году нежинские греки просили разрешения на сооружение собственного православного храма. Они объясняли, что не понимают славянской церковной службы в местных церквах. Инициатором обращения был священник Христофор Димитриев, организовывавший отдельный приход. В 1687 году религиозная община оформилась в церковное братство.[1]
Обучение, помощь и купеческие займы
В 1696 году братство получило благословение Киевского митрополита Варлаама Ясинского на открытие школы для обучения детей греческому и славянскому письму. При нём разрешили также создать госпиталь для бедных и больных членов общины. Морозов рассматривает эти учреждения вместе с храмами и библиотекой как центры греческой культуры.[1]
Церковная казна была связана с хозяйственной жизнью общины: из неё выдавали займы купцам. Процентные доходы помогали содержать школу и госпиталь, поддерживать обедневших членов братства и сирот. Так торговые операции и пожертвования обеспечивали средства для обучения и благотворительности. Позднее братья Зосимы внесли деньги в банк на имя старост греческих храмов для нужд общины и церкви.[2][3]
От братского совета к греческому магистрату
Устав 1697 года, который описывает Морозов, позволял вступать в братство грекам и негрекам, знавшим греческий язык. Право голоса на выборах совета из двенадцати членов имели мужчины старше двадцати лет, ежегодно платившие церковные взносы. Во дворе выбирали священников, ктиторов и членов братского суда, а с 1785 года — также бургомистров и членов греческого магистрата.[2]
В XIX веке положение этой общины изменилось. По приведённым Морозовым сведениям, в 1839 году её подчинили Черниговскому архиепископу, а в 1855-м приписали к Нежинскому Благовещенскому монастырю. В 1872 году самоуправление отменили, имущество и капиталы передали городской общине. История братства объясняет, почему две греческие церкви были также местом обучения, взаимопомощи и городского управления.[3]
