Четыре площадки в двух раскопах

Работы проходили в северо-западном секторе поселения. Площадки 28 и 29 относились к внутреннему замкнутому контуру; для их исследования заложили раскоп XV площадью 320 м². Другая пара, площадки 30 и 31, представляла внутреннюю застройку — её изучали в раскопе XVI площадью 296 м². В отчёте это разные части плана: внутреннее кольцо домов и застройка внутри него. Смешать их в один ряд означало бы утратить именно то различие, которое проверяли археологи.⁠[1]

За названием «площадка» здесь стояли остатки дома. В описании объекта 28 речь идёт о скоплении обожжённой глины на прямоугольном участке и растрескавшейся на блоки платформе. На обломках сохранились отпечатки деревянных досок. Авторы различали западную часть, которую определяли как веранду, и восточную жилую часть. Такое описание показывает, как они переходили от обломков к воссозданию здания; это уже не сама линия объектов на общем плане.⁠[2]⁠[3]

Что изменил западный вход

Прежнее представление об обороне предполагало два ряда зданий — внешний и внутренний, — соединённых глинобитными стенами. Жилища в этой схеме должны были быть обращены входами к центральной части поселения. Но, согласно итоговой части отчёта на украинском языке, раскопки площадок 28 и 29 показали другую ориентацию: дома внутреннего замкнутого контура открывались в сторону внешнего. Именно это несоответствие заставило авторов пересмотреть объяснение двух рядов как оборонительной системы.⁠[2]

Подробное англоязычное описание позволяет увидеть, на чём основывался вывод. На площадке 28 исследователи описали частично сохранившийся порог и определили вход в западной торцевой стене. Для площадки 29 они также воссоздавали порог, а итог её описания снова указывает на западную торцевую стену со входом в сторону внешнего контура. Таким образом, обобщение о направлении входов опирается на отдельно рассмотренные дома. При этом часть конструкций сохранилась не полностью и требовала реконструкции.⁠[3]⁠[4]

Широкая улица как объяснение

Авторы сделали следующий шаг: предположили, что два ряда домов образовывали улицу шириной 60–⁠100 м, опоясывавшую поселение. В этом объяснении важно пространство между рядами, к которому были обращены входы. Однако направление входов и название «улица» — разные уровни вывода. Первое отчёт связывает с раскопками домов, второе является предложенным объяснением планировки. Поэтому приведённый диапазон стоит читать как часть авторской модели, а не как описание полностью раскопанной улицы.⁠[2]

Исследование изменило и представление о застройке внутри колец. В прежние годы работы в северной части поселения подтверждали данные геомагнитной съёмки начала 1980-х годов о радиальной внутренней застройке. В секторе, исследованном в 2001 году, такой застройки не обнаружили. Это сообщение относится именно к названному сектору. Оно не отменяет ранее полученных результатов для другой части поселения и не позволяет одинаково заполнить весь его план.⁠[2]

Нерешённые вопросы рядом с домами

В раскопе XVI открыли часть большой ямы. Разведочная траншея дала поперечный размер 19 м. Авторы предположили, что здесь замешивали глину для строительства окружающих домов, и при этом оставили определение полных размеров ямы для будущих исследований. Таким образом, и здесь отчёт разделяет измеренное и объяснённое: зафиксированный поперечник не устанавливает ни полного контура, ни доказанного назначения объекта.⁠[2]

Главный результат этого сезона — пересмотр связи между домом и планом поселения. Два входа, направленные к внешнему ряду, поставили под сомнение прежнюю оборонительную трактовку; различие внутренней застройки показало, что исследованные секторы нельзя автоматически считать одинаковыми. Отчёт даёт новое объяснение для обсуждения, но сохраняет открытыми вопросы улицы и большой ямы. Его стоит читать как историю проверки конкретной модели, а не как завершённое воссоздание всего поселения.⁠[2]