От обработки кожи до шитья обуви

По письменным свидетельствам XV–XVII веков, обобщённым Терским, кожевенное, скорняжное и сапожное дело относились к самым распространённым городским ремёслам. Кожевники обрабатывали кожу, сапожники изготавливали из неё обувь. Сначала эти занятия не были чётко обособлены. В монографии закрепление разделения труда связано с цеховым уставом сапожников 1497 года.⁠[1]⁠[2]

Кожевенное дело требовало много воды, поэтому такие мастерские тяготели к реке. Терский описал прямоугольное углублённое сооружение, открытое в 1996 году: его стенки были обложены досками, а заполнение содержало навоз. Автор предполагал, что это был кожевенный чан.⁠[1]⁠[2]

Ходаки и туфелька для ребёнка

«Шевський ґрунт» в центре города находился рядом с богатыми торговыми кварталами Рыночной площади. Такое расположение Терский связывал с заметной ролью сапожников в городской экономике XIV–XV веков. В культурных слоях XIII–XVI веков здесь сохранилось много образцов кожаной обуви. Самыми простыми в шитье и распространёнными автор называет ходаки, или поршни. На фотографии в монографии показано одно такое изделие XIII–XIV веков, найденное во время раскопок 1997 года и отреставрированное М. Хилько.⁠[1]⁠[3]

Более поздние находки раскрывают более широкий набор форм. Среди материалов, описанных рядом с комплексом XV–XVI веков, были подошвы женских туфель, детская туфелька с двухслойной подошвой и носовые части сапог из красной кожи. Задник ещё одного поршня изготовили из грубой сыромятной кожи.⁠[1]

Дерево и кора внутри сапога

В напластованиях XV–XVI веков особенно часто встречались многослойные задники с жёсткими деревянными или берестяными прокладками. В нескольких случаях исследователи нашли другие детали — подошвы из прошитой клеёной кожи с мягкой пяткой, по обводу которой находились железные заклёпки. На разных образцах их было от трёх до восьми.⁠[1]

Важны были и небольшие фрагменты. Среди узких полосок и обрезков кожи автор упоминает зубчатые вырезы, бахрому и простроченный край. Они сохранили разные способы обработки края, которые не всегда видны на уцелевшей форме обуви. Кожаные вещи могли иметь сложное устройство и отделку даже тогда, когда от них оставался лишь фрагмент.⁠[1]

Кожаные ножны и более поздние сапоги

Из кожи делали также футляры для ножей. В монографии опубликованы фрагменты ножен из сапожного квартала, украшенные тиснёным орнаментом; в тексте упомянута и отделка штриховым прорезом. Эти предметы входят в более широкую группу кожаных изделий XIV–XVII веков из раскопок 1989 года.⁠[1]⁠[3]

Ремесло продолжало существовать и позднее. Терский связывал сапожную деятельность в этом квартале на протяжении XVIII–XIX веков с находкой склада готовых сапог. О других материалах и инструментах городских мастеров Волыни рассказывает статья о ремесленниках Пересопницы.⁠[1]