Дома со следами огня
Городище осматривали во время разведки 1960 года. В 1962 году его раскапывал Михаил Кучера, а в 1984–1985 годах — экспедиция с участием Петра Толочко, Н. В. Блажевич и Н. Ф. Ткач. В каталоге для этих работ приведён в общей сложности 951 квадратный метр раскопанной площади.[1]
К XI–XIII векам авторы отнесли одиннадцать жилищ, одиннадцать построек и четырнадцать хозяйственных ям. Восемь жилищ и одна постройка были сожжены. Эти числа показывают масштаб зафиксированных разрушений, но краткое описание не доказывает, что все сооружения погибли во время одного пожара или конкретного нападения.[1]
Горн, пряслица и браслеты
Отдельной находкой был гончарный горн. Ещё один объект авторы назвали железоплавильным со знаком вопроса. Первое определение приведено уверенно, второе остаётся предположением: сообщение не даёт оснований превращать его в доказанную металлургическую мастерскую.[1]
Среди вещей каталог перечисляет большое количество керамики, пряслица, стеклянные браслеты и бытовые предметы. Так рядом со следами сооружений предстаёт материальный мир жителей. При этом этот перечень не устанавливает, что каждую найденную вещь изготавливали именно в Городке.[1]
Жизнь до древнерусского городища
Самые древние описанные сооружения — жилище и яма эпохи бронзы. Зарубинецкие материалы происходят из двух жилищ, двух построек и пятнадцати хозяйственных ям. Среди находок этого времени авторы отметили обломок импортного краснолакового сосуда и амфорный материал II века до нашей эры — I века нашей эры. Это другой горизонт жизни, а не часть древнерусского хозяйства.[1]
За пределами укреплённой площадки существовал посад. Во время собственного осмотра 1994 года Петрашенко и Козюба видели в обрыве его культурный слой толщиной до полуметра и линзы объектов, в частности с печиной. Они также зафиксировали интенсивное разрушение края посада. Это наблюдение относится к состоянию памятника на время обследования, а не к современной оценке его сохранности.[2]
