Поселение, найденное при возвращении к могильнику
Среднеднепровская экспедиция Института археологии в 1959 году отыскала место старых раскопок Хвойки и одновременно обнаружила поселение. Оно занимало мысообразный изгиб берега возле заболоченного русла. Исследователь описал его протяжённость вдоль берега как 200–250 метров, ширину — до 100 метров. Это оценка распространения памятника, а не размеры раскопа.[1]
Следующие полевые сезоны охватывали два отдельных объекта — поселение и могильник. В отчёте приведено в общей сложности 323 квадратных метра раскопанной площади в Черняхове, причём большая часть приходилась на могильник. Само поселение проверяли семью шурфами и небольшим раскопом. Такой масштаб работ дал первые сведения о культурном слое и вещах, но ещё не открыл план всего селища.[1]
Сгоревшее сооружение без печи
Самый интересный участок исследователи обнаружили в шурфе № 3, который впоследствии расширили. На глубине около 0,4 метра лежало скопление серой глиняной обмазки. Его размеры составляли 3,55 × 2,90 метра; большая часть обмазки сосредоточивалась по краям, тогда как середина была свободнее. Автор связал эти остатки с наземным сооружением, вероятно хозяйственного назначения, и отметил отсутствие печи.[1]
Размеры скопления описывают то, что сохранилось в грунте. Они сами по себе не являются полным чертежом здания. План и разрез, опубликованные вместе с отчётом, позволяют проследить расположение обмазки и находок в пределах исследованного участка. Это особенно важно для небольшого раскопа: сведения об одном объекте нельзя автоматически распространить на все жилища древнего поселения.[1]
Глиняные грузила и стеклянные бусины
В скоплении обмазки нашли пять больших глиняных грузил пирамидальной формы. Они были плохо обожжены. Рядом с этим набором упомянут и оббитый сегментовидный кусок камня, который мог быть частью жернова. Последнее определение в отчёте приведено как предположение.[2]
Другие находки дополняют картину ручного труда. В раскопе обнаружили половинку уплощённого глиняного предмета: сначала автор назвал его пряслицем, а далее уточнил определение как грузика с малым отверстием. Это одна находка. Рядом описана костяная проколка длиной 7,7 сантиметра. Были и стеклянные бусины: четырнадцатигранная синяя и уплощённо-округлая из полупрозрачного стекла, диаметром около трёх сантиметров. Набор сочетает рабочие предметы с личными украшениями. Именно такие небольшие вещи помогают увидеть повседневную жизнь за общим названием археологической культуры.[2]
Шлаки почти в каждом шурфе
На поселении собрали много железных шлаков. По определению О. Ю. Круга, приведённому в отчёте, они свидетельствовали о железоплавильном и железоделательном производстве. Шлаки встречались почти в каждом шурфе и на разных глубинах. Таким образом, это была заметная часть материала, которую невозможно объяснить одной случайной находкой.[2]
Сымонович предполагал, что работа с железом могла быть одним из источников благосостояния жителей, о котором позволял судить богатый инвентарь части могил. Это авторская экономическая интерпретация. Непосредственный результат раскопок скромнее и конкретнее: в культурном слое поселения зафиксированы многочисленные остатки производства. Сами шлаки не устанавливают числа мастерских, их владельцев или объёма изготовленного металла.[2]
Более древние обломки в мощном слое
Исследователь описал общую мощность культурных напластований до 1,5–1,8 метра. В их нижней части встречались отдельные обломки керамики эпохи бронзы и скифского времени. Однако семи шурфов и малого раскопа не хватило, чтобы установить здесь значительный самостоятельный культурный слой древнее первого тысячелетия нашей эры. Автор предполагал, что более ранние поселения могли находиться выше по склону; среди возможных причин появления единичных вещей внизу он также называл перемещение через кротовины.[1]
Поэтому более древние фрагменты стоит читать вместе с зафиксированными условиями залегания. Наиболее отчётливо работы 1961–1962 годов раскрыли именно поселение черняховского времени: остатки сооружения, посуду, украшения и ремесленные отходы. Рядом с материалами могильника они дают возможность сравнивать вещи, которые использовали при жизни, с вещами, которые попадали в погребения.[1][2]
