Укрепления вокруг двух площадок

Систему обороны устроили по принципу «ров — вал». Две изогнутые линии перегораживали мыс со стороны суши. Автор отдельно описал эскарп — искусственно сделанный более крутым склон — и переходящий в него ров. Таким образом, защита использовала и земляные насыпи, и форму самой возвышенности.⁠[1]

Общая площадь городища составляла около 0,7 га. Внешний вал во время обследования достигал примерно 1 м в высоту и 8 м в ширину; ров возле него был около 0,5 м глубиной и 8 м шириной. Внутренний вал был ниже — около 0,5 м при ширине 5–⁠6 м. Для внутреннего рва приведены глубина около 0,3 м и ширина 4–⁠5 м.⁠[2]

Это размеры сохранившихся остатков во время осмотра, а не восстановленная высота древней крепости. Автор отметил, что следы прежней распашки заметны и на задернованной поверхности: она частично нивелировала валы и рвы. Поэтому описание фиксирует укрепление, уже изменённое позднейшим использованием земли.⁠[1]⁠[2]

Лепные горшки и красноглиняные амфоры

На поверхности земли, в том числе в многочисленных кротовинах, нашли обломки лепной керамической посуды и бронзовый предмет раннего железного века. Среди посуды выделялся фрагмент венчика с защипами и сквозными отверстиями под ним. Такие мелкие детали позволяют описать украшение горшка, даже когда весь сосуд не сохранился.⁠[2]

Отдельно названы две стенки красноглиняных амфор. Сообщение не определяет центров их изготовления и не приводит точной даты этих обломков. Бронзовая находка также названа лишь предметом: текст не даёт оснований превращать её в наконечник стрелы, украшение или другое конкретное орудие.⁠[2]

Городище и селище с зольниками

Окатенко относит городище к скифскому времени, однако в его отдельном описании нет более узкой даты по столетиям. Поверхностные сборы также не показывают, в какой последовательности сооружали две линии обороны. Описание валов позволяет говорить о планировке укрепления, но не устанавливает двух точно датированных строительных этапов.⁠[1]⁠[2]

В том же сообщении поселение с зольными насыпями возле кирпичного карьера упомянуто отдельно от городища. Именно селищу посвящён материал о зольниках и хозяйственных ямах древнего Костева. Находки и наблюдения из его обследований не следует автоматически переносить на две укреплённые площадки.⁠[2]