Печь, запасы и соседняя постройка
В полевой документации жилище получило номер 9. Его котлован имел размеры около 4,5 × 5 метров и углублялся на 1,2–1,4 метра ниже уровня материкового грунта. Такие измерения описывают сохранившуюся подземную часть: высоты стен или вида крыши краткое сообщение не устанавливает.[2]
В углу сохранились остатки печи, сложенной из глины. Три округлые ямы вдоль стены авторы определили как зерновые; для них приведены размеры около 1,8 × 2,2 метра. Рядом с жилищем исследовали одновременную ему квадратную хозяйственную яму, два на два метра. В её углах были следы столбов шириной 20–30 сантиметров.[2]
Возле другого угла дома выявили ещё одну древнерусскую печь, врезанную в материковый грунт. Она относилась к другому жилищу, котлован которого почти полностью уничтожили более поздние здания. Следовательно, две печи на раскопе не означают две печи в доме № 9.[2]
Как новые дома меняли древние остатки
Над древнерусским слоем лежали напластования XVII–XIX веков, а ещё выше — следы недавних строительных работ: битый кирпич, обломки гранитной плитки и песчаные подсыпки. Археологи заметили, что застройка казацкой эпохи значительно повредила более древний слой.[1]
Две постройки XVII–XVIII веков в этом же раскопе сохранили следы пожара. Из их котлованов происходили обломки стеклянных сосудов, изразцов, ножей, обувных подковок и глиняных трубок. Это вещи более поздней застройки, которые нельзя переносить в быт жилища X века.[2]
Вещи, для которых важен контекст
Из общего культурного слоя исследователи собрали чугунное пушечное ядро, наконечник стрелы, две шпоры, ножи разного времени, монеты и обломки стеклянных браслетов. В слоях казацкой эпохи встретились маленькие округлые керамические пластинки. Авторы предположили, что ими могли играть в игру наподобие шашек.[1]
Отчёт не приписывает этот сбор конкретному жителю дома № 9. Наиболее выразительные свидетельства о самом жилище — его заглублённое пространство, печь и ямы для запасов. Они показывают устройство одного древнего хозяйства среди остатков застройки разных веков.[1][2]