Глина сохранила посуду и часть фигурки
Во время разведки собрали обломки обожжённой глины — материалов древних построек. Часть напоминала плитки с двумя выровненными сторонами, другие имели неправильную форму и более слабый обжиг. Некоторые обломки обожжены при очень высокой температуре, а толщина плиток достигала около 4 см.[1]
Посуда представлена мисками, горшками и частью миниатюрного сосуда. Среди расписных мотивов выделена спираль с листовидным окончанием. Другая группа — серолощёная посуда: её поверхность тщательно выравнивали и залощивали, а цвет колеблется от светло-коричневого до тёмно-серого. Отдельно описана ножка человеческой фигурки со следами одноцветной росписи.[1]
Восемь каменных предметов
Каменная коллекция содержала семь кремнёвых изделий и один кварцитовый растиральник. Два предмета собрали при обследовании, шесть уже находились в музейных фондах. Растиральник имел округлую форму и диаметр 9 см.[1]
Особенно важными для исследователей были два нуклеуса из местного кремня — ядрища, от которых откалывали пластины. Авторы считали их свидетельством обработки камня на самом поселении. Основной заготовкой для орудий были широкие и среднеширокие пластины: лишь одно орудие сделано на отщепе.[1]
Местное сырьё рядом с привозным
Среди готовых орудий названы скребок, пластина с обработанной выемкой и вкладыш серпа. Последний изготовлен из высококачественного волынского кремня. Всего два кремнёвых изделия исследователи определили как сделанные из привозного сырья, тогда как остальная часть набора преимущественно связана с местными материалами.[1]
В отдельной работе Евгений Пичкур и Павел Шидловский включили Бобрицу в круг поселений, где распознали каневский кремень. Нуклеусы и первичные сколы они использовали как признаки местного производства. Этот региональный анализ опирается также на уже описанные коллекции и помогает объяснить их место в кремнеобработке Каневщины.[2]
