Тетерівка у Похилевича (1864)

Оригінал

ТЕТЕРОВКА, село въ 6-ти верстахъ на востокъ отъ мѣстечка Жашкова, при ручьѣ Тетеркѣ или Багвѣ отдѣляющемъ это село отъ деревни Багвы. Жителей обоего пола: православныхъ 566, евреевъ 18; наименованіе получило отъ гетмана Тетери, владѣвшаго нѣкогда этими мѣстами.

Оригінал

Церковь деревяная, во имя Архистратига Михаила, построена 1768 года. По штатамъ причислена къ 7-му классу; земли имѣетъ 35 десятинъ. Въ приходѣ ея состоитъ деревня Багва, отдѣляющаяся отъ села Тетеровки, какъ сказано выше, ручьемъ того же названія. Деревня эта въ настоящее время составляетъ особое имѣніе, съ 1067 десятинами земли, принадлежащее Михаилу Покршивицкому. Жителей обоего пола: православныхъ 684, римскихъ католиковъ 68. Съ давнихъ временъ въ деревнѣ построена каплица, при которой въ прошломъ вѣкѣ были уніатскіе священники. Но со времени окончательнаго соединенія уніятовъ съ православіемъ (въ 1839 году), богослуженіе въ ней прекратилось и самая каплица, считающаяся приписною къ Тетеровской церкви, не починяется. Багва замѣчательна происходившимъ при ней кровавымъ сраженіемъ Богдана Хмельницкаго и союзныхъ ему москвитянъ, съ польскими полководцами Лянцкоранскимъ, Потоцкимъ и Чарнецкимъ. Войска встрѣтились другъ съ другомъ 20-го января 1656 года при закатѣ солнца на полѣ. Предводители приказали немедленно вступить въ сраженіе. «Хотя наступаетъ ночь, говорилъ Лянцкоронскій, ободряя своихъ воиновъ, но она только сокроетъ трусость вѣроломныхъ враговъ, а не предастъ забвенію ваши доблестные подвиги. Доблесть скрыться не можетъ». Русскіе взялись за оружіе безъ особенной рѣчи. Съ обѣихъ сторонъ началась упорная битва продолжавшаяся 5-ть часовъ въ темную морэзную ночь. Пушечная и ружейная пальба была, по сказанію современниковъ, такъ часта, что сдѣлалось ясно какъ днемъ. Перевѣсъ былъ рѣшительно на сторонѣ поляковъ. Потоцкій занялъ возвышеніе и польскіе выстрѣлы были дѣйствительнѣе русскихъ. Со всѣхъ сторонъ заходили поляки и прорывали ряды пѣхоты. Наконецъ имъ удалось оторвать часть обоза и отнять 22 пушки. Въ союзномъ русскомъ войскѣ распространилось смятеніе. Москвитане приходили въ отчаяніе и готовы были положить оружіе. Какъ вдругъ все измѣнилось нечаянно. Полковникъ Богунъ, съ необычайною смѣлостію, вышелъ изъ осажденной поляками Умани, прошелъ счастливо чрезъ оставленный польскій обозъ, неожиданно явился сзади польской арміи въ самое несчастное для своихъ время и, незадумываясь, ударилъ ей въ тылъ. Эта внезапность до того поразила поляковъ, что они смѣшались, среди ночи не могли разсмотрѣть, что это за войско и какъ велико оно, оставили Хмельницкаго и вступили въ сраженіе съ новымъ непріятелемъ. Три тысячи жолнеровъ пало въ самое короткое время. Богунъ съ своею горстію разрѣзалъ ряды многочисленнаго войска и соединился съ Хмѣльницкимъ, который пользуясь колебаніемъ поляковъ, устроилъ къ защитѣ свой обозъ. Козаки набрали труповъ и сдѣлали изъ нихъ валъ. Но какъ силы сражающихся были слишкомъ не равны, потому что 27,000 россіянъ сражались противу 80,000 поляковъ и татаръ: то союзники, окруженные со всѣхъ сторонъ, должны были думать объ отступленіи къ главному своему обозу подъ Бѣлою-церковію, чрезъ Ставища. Надобно было пробиваться силою. Хмѣльницкій устроилъ тройной рядъ саней, связанныхъ цѣпями, поставилъ на нихъ пѣхоту и артиллерію, а въ средину помѣстилъ конницу и такимъ образомъ на другой день двинулся на проломъ. Поляки напирали со всѣхъ сторонъ; но русскіе отбиваясь съ чрезвычайнымъ рвеніемъ и искусствомъ, защищались не только выстрѣлами, по оглоблями отъ саней, дубинами и рукопашнымъ боемъ. Нѣмецкая пѣхота, служившая полякамъ, хотѣла прославиться, понадѣясь на свои панцыри и щиты и вся погибла; конные наскакивали на сани и теряли лошадей. Такъ прошло два дня. Поляки оставили преслѣдованіе и не рѣшились итти подъ Бѣлую-церковь, гдѣ было огромное войско. При этомъ сдѣлался такой сильный морозъ, какой рѣдко бываетъ въ этихъ странахъ. Воины толпами замерзали отъ стужи. Козаки вспоминая эти трудные дни, прозвали съ тѣхъ поръ это урочище Дрожи-поле. Съ обѣихъ сторонъ пало въ этомъ сраженіи до 15,000.