Что видно на маленьком обломке
Бусина имела биконическую форму: две конические части сходились широкими основаниями. На фотографиях сохранившейся половинки видны синяя поверхность и канал для нанизывания. Авторы показали предмет с трёх сторон под номером 29 на рисунке 2, отдельно от рисунков керамики.[2]
В своём обзоре исследователи назвали её лишь вторым известным им таким экземпляром на территории Волыни. Это оценка в пределах публикации, вышедшей в 2022 году в сборнике «Археологічні дослідження в Україні 2020», а не утверждение о количестве находок сегодня.[1]
Как складывалась коллекция
Авторы неоднократно обследовали памятник с 2003 года. В обзор вошли также более ранние материалы, впервые опубликованные именно здесь. Поэтому год в названии сборника не означает, что бусину и всю показанную посуду нашли за один сезон.[1]
Подпись к рисунку 2 уточняет происхождение подборки: с поверхности памятника и из культурного слоя. Она не представлена как содержимое одного сооружения. Самая богатая часть всей коллекции относится к раннему железному веку; среди керамики преобладает могилянская группа, значительно меньше представлена милоградская культура.[1][2]
Датировка по форме и орнаменту
Среди посуды сохранилась часть биконической корчаги с рядом сквозных отверстий под венчиком. Её внешняя поверхность была слегка лощёной, внутренняя — сглаженной. Другой реконструированный сосуд имел тюльпанообразную форму и ряд «жемчужин» под краем: округлых выступов, частично проколотых насквозь.[2]
Именно жемчужный орнамент на горшках и корчагах помог авторам отнести такую посуду к позднему предскифскому и раннескифскому времени. Вместе с тем другие формы могли быть более ранними. Таким образом, для датировки важно сочетание признаков, а не само наличие обломков глиняной посуды.[3]
Исследователи отдельно предупредили: широкий набор хронологических признаков не доказывает непрерывного существования поселения на протяжении всего соответствующего промежутка. Возможно и другое объяснение — переходный этап, когда ранние формы посуды ещё сохранялись. Бусина делает собрание узнаваемым, а анализ керамики показывает, насколько осторожно археологи определяют его время.[3]
