Когда новая постройка перекрывает старую
На территории детской больницы Р. С. Орлов и О. В. Стародуб открыли семь сооружений, шестнадцать ям и один очаг. Это были остатки разных эпох, а не семь одновременных домов. Одно наземное хозяйственное сооружение исследователи датировали XII–XIII веками; его размеры составляли приблизительно 3 × 3 метра.[1]
Более поздняя постройка XVIII века частично её уничтожила. В заполнении этого позднего сооружения были зола, многочисленные обломки керамики, куски глиняных кукол и несколько неопределённых железных предметов. Другое сооружение древнерусского времени тоже имело более поздний след вмешательства — яму XVIII века на дне.[1] Такие пересечения помогают установить последовательность застройки даже там, где дома не сохранились целиком.
Более древний слой под средневековым городом
Исследователи 1994–1995 годов отметили, что культурный слой на значительной части обследованного участка был уничтожен. Однако на его краю ещё сохранялись остатки поселения скифского времени.[1] Это отдельный более древний горизонт; его не следует датировать возрастом древнерусского детинца только из-за общего места.
Во время работ 2007 года встречались единичные фрагменты лепной посуды раннего железного века. К этому периоду авторы отнесли и овальную бронзовую пластинку с прямоугольным отверстием. Эти находки описаны отдельно от значительно более многочисленной средневековой керамики.[2] Они добавляют к истории площадки время, предшествовавшее летописному Василеву.
Деревянные конструкции и посуда
В 2007 году на месте бывшей больницы исследовали около 200 квадратных метров. Обнаружили двенадцать древних объектов, одиннадцать из которых исследовали полностью. Один сложный комплекс авторы обозначили как объект 8: в нём сочетались остатки XII и XVIII веков. После снятия верхнего заполнения проследили более древнюю часть с керамикой XII века. В заполнении отметили древесный уголь, а на дне — четыре овальные столбовые ямки и край большой ямы, которая преимущественно выходила за пределы раскопа.[2]
Основная часть гончарной посуды с исследованной площади относилась к XII–XIII векам; отдельные венчики датированы XI веком, были и более поздние образцы. Среди других вещей авторы назвали ножи, бусины, стеклянный браслет, шиферные пряслица и монеты нескольких веков.[2] Это перечень находок из культурного слоя в целом, а не набор вещей из одного дома. Вместе с пересечениями сооружений он показывает длительное использование небольшого участка города.
