Почему археологи вернулись на музейную территорию
Поводом стали земляные хозяйственные работы возле Музея космоса. Следы древних погребений здесь уже были известны: в 1971 году Евгения Махно частично исследовала остатки погребения позднеримского времени с кружальной посудой и погребения в деревянных гробах, тогда ещё без определённой даты. Новые работы продолжались в июне–августе 2014 года.[1]
Это были небольшие охранные исследования на участках, нарушенных хозяйственными ямами и траншеей. Поэтому публикация сообщает о конкретных открытых остатках, а не о сплошном раскрытии всей музейной территории. Рядом с перемещёнными музейными постройками исследователи изучали археологические памятники, сохранившиеся на своём древнем месте.[1]
Римские монеты в нарушенной яме
В шурфе нашли целую бронзовую монету, обломок другой, пряслице черняховского типа, мелкие фрагменты керамики и кости животных. Целую монету авторы определили как дупондий Юлии Паулы 219–220 годов, а обломок — как сестерций Гордиана III Пия 238–240 годов. Это атрибуции, приведённые в полевой публикации.[1]
Предметы происходили из заполнения вытянутой овальной ямы. Её контуры были нечёткими, а позднейшие перекопы неоднократно повредили заполнение. Даты чеканки монет не являются датами каждого перекопа или всех погребений вокруг: отчёт описывает сложный, частично нарушенный контекст. Именно поэтому находки следует читать вместе с описанием грунта, а не только по изображениям монет.[1]
Древнерусские гробы и половина печати
Другую группу составляли пять погребений в деревянных гробах. Исследователи отнесли их по совокупности признаков к христианским погребениям древнерусского времени. Два из этих погребений лежали на разных уровнях, причём верхнее частично перекрывало нижнее. В нижнем из этой пары обнаружили железный нож с бронзовым кольцом и фрагмент точильного бруска.[1]
В хозяйственной траншее отдельно нашли половину вислой печати, три фрагмента куфических дирхемов, обломок стёртой бронзовой монеты и ещё одну монету с нечётким изображением. В определении печати сама публикация содержит разночтение: основной текст называет Всеволода Ярославича, подпись к рисунку 2 — Ярослава Всеволодовича. Без дополнительного исследования этот отчёт не позволяет безоговорочно выбрать одно из двух имён.[1]
Три памятника вместо одного «музейного могильника»
Ещё на отдельном участке возле реконструированного кургана Хрест археологи обнаружили четыре древнерусских погребения в деревянных гробах без сопровождающих вещей. В заключении авторы различают три памятника: черняховский и древнерусский могильники возле Музея космоса и древнерусский могильник близ кургана Хрест.[1]
Их заключительная оценка сдержанна: эти памятники «потребують подальших досліджень» — нуждаются в дальнейших исследованиях. Для истории Переяслава отчёт важен именно сочетанием разных эпох и разных условий находок. Он показывает, почему название современного музея ещё не является названием единого древнего поселения или могильника.[1]