Обследование перед восстановлением
Ещё для проекта консервации 1975 года выполнили фотографирование, обмеры и историко-архивное исследование храма. По Петлиной, тогда запланированных консервационных работ не провели. В 1988–1990 годах к изучению памятника вернулись, оставив подробные инженерные и химико-технологические материалы о здании до его позднейшего восстановления.[1]
Такие документы фиксируют конкретный момент в жизни сооружения. Например, тёмно-голубая окраска купола описана среди результатов обследования. Сам храм, по Петлиной, построили в 1794 году; имя его архитектора неизвестно.[1]
Что сохранилось под штукатуркой
Под позднейшей штукатуркой исследователи обнаружили остатки первоначальной светло-охристой известковой окраски. Микрохимический анализ поверхности кирпичной кладки дал им основание считать, что первоначально храм не был оштукатурен. Поверхность кирпича грунтовали белым известково-клеевым составом, в котором определили животный клей.[1]
Отдельную информацию дали строительные растворы. Состав материала в заложенных колокольных проёмах различался; другой состав имел и раствор замурованной ниши. Сопоставление этих материалов помогало различать вмешательства в здание. Вместе с тем приведённые результаты не дают точных календарных дат для каждого такого ремонта.[1]
Лепнина и фрагменты живописи
В описании сохранившегося убранства упомянуты лепные головки херувимов со значительными утратами и остатки керамических плит. Это фрагменты, а не полностью уцелевшее оформление. Отдельно исследователи зафиксировали кирпичный киот — место для иконы — с гипсовым орнаментом и остатками живописи на его арочном проёме.[1]
Химический анализ киота выявил клеевую окраску. При этом общее описание стен интерьера сообщало, что живописи на них не нашли. Эти сведения относятся к разным частям убранства: отсутствие обнаруженных росписей на стенах не опровергает отдельных фрагментов на киоте. Именно такие уточнения позволяют читать результаты обследования без чрезмерных обобщений.[1]
