Какую Богуславщину исследовали
В работе речь идёт о Богуславском Поросье, границы которого автор определил по тогдашнему Богуславскому району. Исследовательскую территорию он составил из шестиугольных ячеек площадью один квадратный километр, хотя бы частично перекрывавших территорию района. Такая сетка позволяла сравнивать разные участки по одинаковому правилу. Её границы не следует отождествлять с границами современной Богуславской громады.[1]
Материалом для обзора послужили архивные отчёты, публикации и документы по охране памятников. Борисов пытался выяснить не только то, сколько мест уже известно, но и то, когда и при каких обстоятельствах их зафиксировали. Поэтому карта была одновременно свидетельством древнего заселения и результатом истории исследований.[2]
Почему большие реки изучены лучше
По наблюдению Борисова, ранние описания прежде всего фиксировали заметные земляные сооружения: курганы, валы и городища. Позднейшие целенаправленные разведки в основном проходили по берегам Роси; меньшие притоки обследовали реже. Поэтому пустой участок старой археологической карты сам по себе ещё не доказывает, что там никогда не жили люди.[2]
Новые работы отличались многолетним характером и повторными выходами. Исследователи обследовали не только удобные для поселения места, но и балки с водоразделами. Собранный на поверхности материал помогал уточнять площадь и культурно-хронологическое определение отдельных памятников. Это систематическое изучение территории, а не результат одной случайной находки.[3]
Фоса, долины Нехворощи и Вильховчика: два примера разведок
Первый пример — бассейн Фосы у Синицы и Бороданей. На условном исследовательском участке площадью 56 квадратных километров до работ А. А. Сорокуна знали десять поселенческих памятников. Исследователь задокументировал ещё 31. По приведённым в публикации числам это 41 место вместо десяти.[4]
Второй пример — долины Нехворощи и Вильховчика у Ивановки, Москаленок, Вильховца и Семигор. Здесь для сравнения выделили 71 квадратный километр. До систематических работ знали 13 памятников, после них задокументировали ещё 40. Вместе это 53. Речь идёт о росте знаний на конкретных обследованных участках, а не о появлении новых поселений в древности.[4]
Одна отметка не передаёт размера поселения
Для памятников с известными контурами Борисов сравнил два способа подсчёта: по их центральным точкам и по площадям распространения культурного слоя. Во втором случае данные заполнили 112 ячеек сетки; подсчёт по точкам охватил на 38 ячеек меньше. Причина различия понятна: большое поселение может пересекать несколько ячеек, хотя имеет лишь одну условную центральную точку.[5]
Поэтому карта с одинаковыми отметками упрощает картину. Она помогает увидеть расположение известных мест, но для оценки занятой ими территории нужны ещё и сведения о границах. Автор отдельно оговорил, что точные конфигурации известны не для всех памятников.[5]
Что означает оценка в 659 памятников
Для двух подробно обследованных участков в статье приведены в общей сложности 94 некурганных памятника. Обобщая эти результаты и предполагая равномерное расположение памятников, Борисов получил оценку потенциала Богуславщины — 659 поселенческих археологических памятников. Это результат модели, которая переносит показатели двух участков на большую территорию.[6]
Число 659 не является перечнем открытых объектов или современным реестром громады. Оно показывает возможный масштаб неполноты знаний при допущениях исследования 2017 года. Самый наглядный проверяемый результат этой работы — локальные сравнения: повторные обследования Фосы и Нехворощи—Вильховчика существенно увеличили количество задокументированных мест.[4][6]