Что сохранили чертежи Хвойки

Пастырское — многослойное городище: отчёт 1998 года относит его сооружение к раннескифскому времени и упоминает более поздние возвращения жизни, в частности в раннем средневековье. Река разделяет комплекс на две неравные части. Внутренние укрепления, о которых идёт речь далее, составляли лишь один участок большого памятника.⁠[1]

Исследования начал Викентий Хвойка в 1898 году. На его планах 1898 и 1901 годов обозначены три линии внутренних валов, окружавших площадку площадью около половины гектара. Авторы отчёта 1998 года подчеркнули, что к тому времени эти валы уже не сохранились. Старые чертежи, таким образом, фиксировали черты городища, которые исследователи больше не могли непосредственно осмотреть на поверхности.⁠[1]

Как возникло объяснение о хозяйственных постройках

В раскопках проследили длинные углубления с золистым заполнением, пережжённой глиной и обгоревшей древесиной. Приходнюк и Вакуленко истолковали их как сооружения VII–VIII веков. Глину с соломенной примесью они считали остатками наземных стен, а брёвна и плахи — частями деревянного каркаса и крыши. Ступенчатое дно объясняли выравниванием пола на склоне.⁠[1]⁠[3]

В пользу хозяйственного назначения, по тогдашнему объяснению, свидетельствовали зерно и посуда. Авторы описали скопления пшеницы, проса, гороха и обломков горшков. Они предположили, что сосуды стояли на деревянном стеллаже и упали во время пожара. Это была реконструкция расположения вещей до разрушения, а не сохранившийся стеллаж с целыми полками.⁠[3]

Уже в том отчёте оставались открытые вопросы. Исследователи заметили приблизительное совпадение длинных объектов с линиями валов на старых планах. Они рассматривали разные объяснения этой связи, а назначение огороженной площадки называли предметом предположений. Таким образом, сопоставление чертежей и раскопов с самого начала было частью исследования.⁠[3]

Исследование продолжения объекта выявило оборонительный ров

В работе 2024 года А. В. Скиба, Є. В. Синиця и С. О. Черниш подвели итоги новых работ 2017–⁠2021 годов. Раскопанный ими участок внутреннего рва непосредственно продолжал объект, ранее названный «довгою спорудою» № 3. Для «довгої споруди» № 2 авторы также обосновали определение как рва второй, средней линии укреплений.⁠[2]

В заполнении рва сохранились обугленные части деревянной оборонительной стены с глиняным заполнением. Исследователи зафиксировали вертикальные столбы и горизонтальные элементы; один уцелевший узел показывал, как плаха входила в паз столба. В определённых образцах древесина была дубовой. Расположение этих остатков позволило объяснить их как стену, сброшенную в ров.⁠[2]

Последовательность напластований тоже имела значение. Под завалом стены лежал ил, образовавшийся до пожара; выше находился слой со следами горения. Авторы предположили, что ров частично засыпали вскоре после разрушения укреплений. Такой вывод опирается на порядок залегания слоёв, а не только на наличие угля.⁠[2]

Находки остаются, их объяснение уточняется

Поэтому название «довгі споруди» стоит читать как термин предыдущего этапа изучения. Старый отчёт сохраняет ценные описания находок, однако хозяйственную функцию этих объектов не следует представлять как окончательно установленную. Отдельный материал о посуда Пастырского городища позволяет рассмотреть сами вещи — их формы и декор.⁠[1]⁠[2]